ПОЭЗИЯ

Саттаров Азат Владиславович – родился 3 ноября 1991 года. Живет в г. Уфе. Окончил школу с золотой медалью, студент первого курса БГУ.

*  *  *

Я не видел мир из окна самолета,

Не встречался с людьми королевских рангов,

Не сражался один против целой роты,

Ведь мое поле боя – лишь стол и бумага.

Не ходил по золе от сгоревшей печали,

Не боролся с волками в открытом поле.

Но я знаю чуть больше того, что вы знали,

И гораздо сильнее открыта мне Воля.

Я входил в миры через окна картона,

Погибал и вставал на границе строчек,

Уходил далеко за пределы дома,

Оставляя себя среди глупых точек.

Мне задача поставлена очень четко:

Не раздвоиться, не потерять свой разум.

Но система все чаще полощет глотку,

И кончается на многоточии фраза.

Я сливаюсь с Вселенной посредством слова,

Пополняя запас мирового творчества.

Погибаю, встаю, улыбаюсь и снова

Продолжаю борьбу против целого общества.

*  *  *

Жизнь может быть собачьей:

Надо привыкнуть к боли.

От одиночества плачет

Старая псина на воле.

Рыщет по белому свету,

Злей становясь год от года.

Сдохнет на улице где-то...

И на черта ей свобода?

Жизнь может быть ослиной:

Надо привыкнуть к смеху.

Тот, кто упрямый, сильно

Хочет себе успеха,

Тупо идет навстречу –

Надо ль ему, не надо, –

Всюду себя калечит,

Но не боится падать.

Жизнь может быть привольной:

Гордо летит по небу

Сокол – ему не больно...

Ах, эти крылья мне бы!

Можно подобно кошке

Жить у кого-то дома,

Гадить не там, где положено,

Шерсть разгонять по полу,

Жаться к ноге хозяйки,

Чтобы подкинула мяса...

Скучно живут лентяйки,

Но до чего прекрасны!

Все мы похожи, всюду

Видим себя в природе.

Это не так уж трудно

Жить по звериной моде.

*  *  *

Какая тихая таинственная ночь,

Фонарь горит, прищурившись от холода.

Душа стара, а выглядит так молодо,

Как одинокая пристыженная дочь.

Поет метель, охрипшая, больная

От бесконечных криков в пустоту.

Набрав побольше воздуха во рту,

Я вместе с ней беззвучно умираю...

И снится мне, что за окном – весна,

Что пропадают в зелени снежинки.

Весь мир – одна нелепая картинка,

Повешенная рядом у окна.

Небесный свод стеклянной поволокою

Прилип к чернеющему лону пустоты.

Мы открываем необузданные рты,

И небо давится изнеможденным оханьем.

Клянись на ветре, что отпустишь поутру.

Мне, может быть, два выхода осталось.

Два выдоха – какая это малость.

Но я никак привыкнуть не могу,

Что мир – картина, в рамку помещенная.

Здесь в рамках все. Границы на замке.

Сжимаю вечность я в своей руке,

Но через миг пуста ладонь покорная.

Мне снится, что январь осатанел.

Какая, вроде бы, банальная нелепица.

Но ты попробуй этим жалким месяцем

Поймать звезду, которую согрел.

Допела песню старая пурга,

Чертовка, знает, как играть на нервах.

Я снова здесь, я вновь один из первых,

Считаю блики пограничного костра.

И воздух пьян, и постоянство прочь

Уносится – туда ему дорога.

Гляжу в окно, нахмурив брови строго.

Какая тихая таинственная ночь!

ДЕРЕВО

За кирпичным двором, в тридесятом квартале –

Там, где кончается самым последним

Пение птиц, огражденное ржавой сталью,

Волновалась земля, и с катушек сходили слепни.

Вроде место не самое подходящее,

Но могущество корня великого

Возвело средь столбов и ящиков

Древо Жизни на фоне безликого,

Бесконтрастного серого города.

Я любил его, словно матушку,

Охранял от жары и холода,

Убирал подкаблучные камушки.

А вокруг изводили себя дворняги,

Верещали гудки и стреляли по окнам.

Лишь оно – упоенное – с даром бродяги

Теребило свои корневые волокна.

Как приду, упаду и лицом окунусь

В его свежую почву – не выдержат слезы.

Я в тебе видел родину – Светлую Русь,

Но вокруг угрожающе звякали косы.

Они пришли, не оставив ни щепки –

В тот день на небе вздувались вены.

А вы кричали, кидали кепки,

Вы были рады любым переменам.

ОЖИДАНИЕ

А у нас год от года война,

Но не помнит никто причин.

Ты сейчас, как всегда, одна,

Да и я, черт возьми, один.

Проведи рукой по стеклу –

Слышишь, пальцы трещат по швам?

Я, быть может, завтра умру,

Но тебя никому не отдам.

Ты сейчас, как всегда, не спишь,

Ожидаешь начала конца.

И закатом с потертых крыш

Засыпает твоя страна.

Мне в окно постучалась печаль,

Принесла теплоту твоих рук.

Умоляю тебя: не скучай.

Моя жизнь – неоконченный круг…

Укрывает своим крылом

Белозубая птица Зима.

Я вхожу в твой уютный дом,

Ты сидишь у камина одна.

Так и я, черт возьми, один

Сколько лет был, зови не зови.

На войне без особых причин

Все равно есть место любви.

*  *  *

Скажи мне, чем пахнет душа?

Не знаешь? Давай подогрею...

Терпи – это бросило в жар

Твое постоянство... Сильнее?

Включаю на полную мощь.

Ну что, уже можешь ответить?

Ты глянь-ка, уносится прочь

Твой разум. Раскинуты сети.

Не чувствуешь запаха, нет?

А я им напился в дымину:

Ты пахнешь как новый паркет,

Как в озере летняя тина...

НЕ ЖДИ

Ты не жди меня больше ночами, ведь я не приду,

Не шагну за порог, не сниму в коридоре ботинки.

Все опять как и раньше: не надо готовить еду

Каждый день и сдувать с моих тапок пылинки.

За окном пьяный дождь, он как ты – заблудился в мечтах.

А на кухне стоит для меня приготовленный ужин.

Ты опять не спала – это что за мешки на глазах?

Ну когда ты поймешь, что отныне тебе я не нужен?

Раньше было легко – ты брала мою руку в ладонь,

Как берут самый важный на свете подарок,

И в душе загоралась искра... А теперь там – огонь.

Для двоих это много, он был так пленительно ярок.

Я ушел для того, чтобы дать тебе новую жизнь,

Только ты по ночам то и дело кусаешь подушку...

Не приду, не надейся. Быть взрослой скорее учись

И разбей, наконец, мою старую чайную кружку.

*  *  *

я вернулся на зов – туда, где кричат

с утопающим блеском мои хризантемы

эти крики похожи на гул ястребят

или шепот в глуши замыкающей клеммы

в снег зарыты оставленные без присмотра

скоро стихнет последний полуночный всхлип

и душа, как крыло моего самолета

волокнистое тельце опустошит

и завоет пурга за окном и заплачет

сочным ревом дитя, увидав на полу

лепестки не поднятые ветром. А значит

он вернется ко мне поутру.

не успел, опоздал; отцвели мои годы

и засохли мечты, не оставив следов

и душа под крылом моего самолета

никогда не вернется в покинутый кров

*  *  *

Небу нужны глаза,

Смотрящие только вверх.

Почве нужна слеза,

Капающая на нерв.

Птицам нужны лепестки,

Чтобы садиться и спать.

Людям нужны стихи,

Чтобы под них умирать.

Солнце боится остыть,

Но расточает тепло.

Лодка не хочет плыть,

Но на волнах все равно.

Дерево просит дождя,

А получает снег.

Люди покоя хотят,

Но убыстряют бег.

Листья спускаются вниз,

Только и только вниз.

Им бы наверх... Но – вниз.

Это такой каприз.

Сломанный карандаш

Будет лежать на дне.

Там ему очень страш-

Но ничего не поде...

Я беру в руки свет,

Я изменяю суть.

Люди ищут ответ,

Чтобы скорей уснуть.

Я не ищу, нет, нет,

Я не хочу уснуть...